Некрасивая - Страница 2 - Форум
Приветствую Вас Гость!
Воскресенье, 22.01.2017, 04:36
Главная | Регистрация | Вход | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 2«12
Модератор форума: KVN, varsash2007 
Форум » РАЗГОВОРЫ НА ЛЮБЫЕ ТЕМЫ » За пределами татами » Некрасивая
Некрасивая
ВладимирДата: Суббота, 24.09.2016, 10:59 | Сообщение # 11
Шрамы напоминают, что прошлое - реально!
Группа: Администраторы
Сообщений: 6091
Награды: 10
Репутация: 2
Статус: Offline
К Новому году Клара прибавила, наконец, килограмм.
Звягин торжествовал победу:
- «Самое трудное – дело сдвинулось с места! Дальше пойдет легче».
После очередного телефонного рапорта Клары жена не выдержала:
– Леня, ну зачем ты так мучишь девчонку несбыточными иллюзиями! Раньше или позже тебе это надоест, как надоедали все твои ненормальные увлечения, и с чем она тогда останется?.. Хорошее настроение Звягина было несокрушимо:
– С приличной внешностью – вот с чем она останется! Если красивая женщина отличается от некрасивой, собственно, лишь некоторыми деталями, то каждую деталь по отдельности можно – и нужно! – привести в порядок. Это предельно просто и очевидно.
Относительно простоты он немного преувеличивал: хорошего протезиста-стоматолога пришлось поискать.
Громоздкий и ловкий, как медведь, стоматолог сунул Клару в кресло, включил слепящую фару и полез ей в рот:
– Так, хорошо, правильно… – поощрительно урчал он.
– Через месяц можете сниматься на рекламу зубной пасты.
– И достал из стерилизатора шприц. В животе у Клары похолодело тягуче и жутко.
– Прямо сейчас… уже?.. – в панике спросила она, надеясь на первый раз отделаться осмотром.
– Женщины вообще храбрые, – сказал стоматолог.
– Недавно у меня один здоровый мужик – увидел шприц – и потерял сознание.
Клара зажмурилась, открыла рот и судорожно вцепилась в ручки кресла.
– А что вы вцепились в кресло? – обиделся стоматолог.
– У меня больно не бывает.
Страх инквизиторской пытки сменился радостным удивлением: оказалось вполне терпимо.
Мохнатая лапа стоматолога, в которой щипцы выглядели маленькими, действовала без видимого усилия.
Звякнуло в плевательницу – раз, два, три… четыре…
– И как вы эту гадость во рту терпели… – сочувствовал стоматолог.
– Во-от сюда мостик поставим… короночку, и здесь… эти пеньки сточим и на штифтики поставим фарфоровые – как по ниточке ровно будет.
– Шпашибо, – прошамкала Клара, вставая.
– Не разговаривай. Через неделю подживет – н начнем…
– Дома она долго скалилась в зеркало.
- «Как прореженный огород…» Всплакнула, но долго плакать было некогда: упражнения для ног, аэробика, компресс на голову, ванна, – а завтра в шесть вставать на работу.
Последующие визиты слились в цепь дней, четко делившихся на две половины: страх и тоска ожидания – и некий блаженный хмель от того, что все прошло не больно и хорошо.
Она садилась в кресло, и в мозгу словно открывала работу слесарная мастерская: грохот, скрип, тряска, во рту жужжало и хрустело, пахло едким лекарством и жженой костью, аж дымилось, губы оттягивались ватными тампонами, и вдруг проливалась на язык прохладная струйка воды.
От напряжения она забывала дышать.
Стоматолог промакивал ей пот салфеткой и успокаивающе урчал.
Она подсчитывала, во что ей обойдутся новые зубы.
Черная касса, продать новые сапоги, подзанять… ничего, рассчитается.
– Какая ерунда! – гремел Звягин, гоняя ее в магазин за молоком.
– Дубленка стоит дороже, чем все твои акции по перевоплощению!
Кончался январь – темный, морозный, радостно-трудный.


Если надо пройти по канату сто метров, то даже пройденные девяносто девять ничего не значат.
Здесь всё решает последний сантиметр!
 
ВладимирДата: Воскресенье, 25.09.2016, 09:56 | Сообщение # 12
Шрамы напоминают, что прошлое - реально!
Группа: Администраторы
Сообщений: 6091
Награды: 10
Репутация: 2
Статус: Offline
– Вот так! – довольно рявкнул стоматолог, навинтив на штифт последний белоснежный фарфоровый зуб, и щелкнул по нему ногтем.
Взял со стеклянного столика с инструментом зеркальце и поднес Кларе:
– Устраивает?!
Она не могла насмотреться.
Зубы сияли – ровные, белые, плотные, кое-где с крохотными щербинками – неотличимые от настоящих.
– Миллион за улыбку! – взревел стоматолог и выключил свою слепящую фару.
– Сияй на здоровье.
- «Ах», – сказали девочки в цехе.
Клара сияла.
– «Подождите…»
– Подождите, – скромно пообещал Звягин домочадцам, – я ее еще устрою работать диктором на телевидение.
– Лучше в немое кино, – посоветовала дочь, гладя школьное платье.
– У нее голос, как у нашего коменданта гарнизона, помнишь? – пояснила жена.
– Или это телефон так искажает?
– Я уже свел ее с преподавательницей художественного слова из театралки, – парировал Звягин.
– Голос отличный, просто она не умеет им владеть.. Научится. Защебечет птичкой!..
Клара «щебетала птичкой» сорок минут перед сном в ванне – больше времени в сутках не оставалось.
Гортань, связки, диафрагма, дыхание…
- «Даже низкий и хриплый женский голос может быть красивым и обаятельным, – повторяла она услышанное, – если правильно пользоваться им: говорить негромко, без резких пауз и ударений, выработать легкое грудное придыхание, снижать иногда к полушепоту…»
– Зачем вы меня провожаете, Леонид Борисович? – спросила она «с легким грудным придыханием», когда по заснеженному бульвару Профсоюзов они шли к косметической клинике (подошла ее очередь на операцию).
– Вы тратите на меня уйму времени…
– Ах, молодость! – мушкетерским тоном отвечал Звягин.
– Прогулка с девушкой – что за отрада для старого солдафона, заскорузлого от чужих страданий эскулапа. А главное, – добавлял он, – жена меня к тебе не ревнует. Вот когда станешь выглядеть так, что заревнует, – все, больше времени не найдется.
– Совсем? – скрипнула Клара несчастно.
– Тогда уже у тебя не найдется времени для меня – человека немолодого, женатого, некрасивого и неинтересного.
– Это вы некрасивый и неинтересный?! – Звягин лукавил.
Навязав Кларе свою волю (так он считал), – он относился к ней с ревностью собственника, сродни ревности художника к своему творению.
И, не полагаясь полностью на непостоянный женский характер, провала своей затеи допустить не мог: подстраховывал каждый шаг.
В тайной глубине души будучи убежден в безграничности человеческих возможностей – он был невысокого мнения о воле и характере большинства людей.
- «А ошибаться, – пожимал он плечами, – я предпочитаю в лучшую сторону».
Хирург, склонив голову на бочок, по-петушиному посмотрел на Клару сначала одним глазом, потом другим. Прыгнул вперед и внимательными пальцами стал мять ее лицо.
– Но-ос, нос-нос-нос… Ну и шнобель! – забормотал он.
Схватил рентгеновские снимки, завертел, глядя их на свет.
Задумался, замычал, раскинул альбом с фотографиями:
– Будет вот так. Согласны?
Слева красовался профиль с устрашающим тараном поболее Клариного, справа – то же лицо с носом… ах, с чудесным, нормальным, заурядным носом не нос, а мечта…
Другие фото впечатляли столь же.


Если надо пройти по канату сто метров, то даже пройденные девяносто девять ничего не значат.
Здесь всё решает последний сантиметр!
 
ВладимирДата: Понедельник, 26.09.2016, 18:02 | Сообщение # 13
Шрамы напоминают, что прошлое - реально!
Группа: Администраторы
Сообщений: 6091
Награды: 10
Репутация: 2
Статус: Offline
Клара в головокружении представила себя роботом, дождавшимся наконец спасителя-механика с набором дефицитных запчастей.
– Почему вы не обратились раньше? – вился хирург.
– Иностранцы прут толпами, – скромно хвастался он: – у них операция обходится в целое состояние.
– Посмотрел Кларину карту, анализы; часы на его руке зажужжали.
– Приступим? А? Увеличиваем оборачиваемость койка-мест – по мировым стандартам: до минимума сокращать пребывание в стационаре, – пояснил он Звягину.
– Посмотреть разрешишь, Витя? – любопытствуя, попросил Звягин.
– С моим удовольствием. Это тебе не упавших по улицам собирать, – поддел тот.
Удивительно просто и быстро.
Нянечка свела Клару в душевую, выдала пижаму.
Померили температуру, давление, и – в операционную, где хирург, уже в маске, кивнул анестезиологу, а рядом, тоже в маске и зеленом халате, щурил зеленые глаза Звягин.
Сестра протерла ей, лежащей на столе, сгиб локтя и подала анестезиологу шприц.
– Рот открой шире… сейчас мы тебе эту трубочку осторожно введем… во-от, все, дыши на здоровье…
Электрические лучи в белом кафеле расплылись, затуманились, и она поплыла в восхитительную страну, неотчетливую и прекрасную, а прекраснее всех была она, Клара, и это и было тем счастьем, которое снилось в детстве.
…Появились какие-то ощущения, ощущения эти определялись и стали неприятными: слегка мутило, и лицо стянуло, будто заскорузла мыльная корка.
Кто-то склонился над ней и похлопал ласково по руке.
– Не разговаривай, – сказал Звягин.
– Это повязка. Все отлично, молодец.
Оставил ей в тумбочке томик Цвейга (выбирала, естественно, жена) и кульки с апельсинами и халвой.
Завтрашним дежурством махнулся с Джахадзе и встретил Клару внизу:
– Чтоб не так стеснялась идти по улице в своей повязке, – проворчал.
– А то подумают, что нос тебе в драке разбили…
Неделю она, в повязке, вылезала из комнаты только в магазин, сокрушаясь, что пропускает упражнения для ног и груди – чтоб не напрячь случайно лицевые мышцы и не повредить свежие швы.
Нетерпение томило ее.
– Не пугайтесь, – предупредил хирург, освобождая ее от проклятого целебного намордника.
– Прошу.
Клара осторожно и со страхом, чуть разжав веки, в щелочку между ресниц поглядела в зеркало.
Глаза распахнулись, рот раскрылся горестно:
– Охх!..
Бесформенная сизая свекла топорщилась на отекшем лице.
– Дивно! – возрадовался хирург, бережно трогая свеклу.
– Ы-ы-ыы… – безнадежно провыла Клара.
– Не смей реветь, сопли потекут! – закричал хирург.
– Его надо беречь, он еще нежный! Не «ы-ы», а пять баллов, – ярился он.
– Через пару дней отек спадет, тогда увидишь, что не «ы-ы», а «о-о»! Вот тебе для компрессов…
Эти дни она провела перед зеркалом.
Зеркало исправно являло волшебство.
На пятые сутки отек спал совершенно.
Швы в крыльях носа не замечались.
Это было другое лицо; она поймала себя на самозабвенной и бесстыжей любви к этому лицу.
Пользуясь ходульным выражением – ее распирало от счастья.
Упругий ветер перемен достиг весны.


Если надо пройти по канату сто метров, то даже пройденные девяносто девять ничего не значат.
Здесь всё решает последний сантиметр!
 
ВладимирДата: Понедельник, 26.09.2016, 18:07 | Сообщение # 14
Шрамы напоминают, что прошлое - реально!
Группа: Администраторы
Сообщений: 6091
Награды: 10
Репутация: 2
Статус: Offline
– С Восьмым марта! – поздравил Звягин, явясь с мимозами.
Потянул носом запах озона (после кварца), подергал крепления мешков на штанге, полез с ревизией в холодильник.
– Плюс три триста! – отрапортовала Клара, после приседаний глубоко дыша по системе йогов.
– Спасибо, Леонид Борисович.
– Не сутулься! – гаркнул он.
– Носки врозь! Что – скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается?
Дело, однако, делалось.
Еще как делалось.
Звягинские три листочка распухли за зиму в «дело Клары» – папку с адресами, телефонами, рецептами и расписаниями.
Он привез гримера с «Ленфильма» к знакомому офтальмологу, и втроем они два часа подбирали Кларе оправу для очков – такую, чтоб глаза казались больше, чтоб выглядела украшением.
Подобрали, но это был единственный образец, и Звягин перерыл пол-Ленинграда, пока достал требуемое.
Клара нацепила очки, засмеялась и отныне снимала их только перед сном (десять часов!).
«Как девочка?» – самолюбиво спросил Звягин.
– «Ничего», – с мужским глубокомыслием решил офтальмолог.
Звягин хмыкнул: «Одеваться не умеет».)
Мужчине редко удается понять, как захватывающе увлекательна проблема женской одежды.
Заваленная журналами мод и книгами по истории костюма, квартира Звягина превратилась в избу-читальню: жена и дочь обменивались восклицаниями – и вздыхали…
– Конечно, если одеть ее в туалеты от Диора… – язвила дочь…
Если и было на свете что-то невозможное – так это смутить Звягина.
– Диор нам не по карману, – без сожаления объявил он Кларе очевидное.
– И ладно. Простое правило: носить надо не самые красивые и модные вещи, а те, в которых ты сама выглядишь красивой и привлекательной. Лучше прекрасная золушка, чем уродливая миллионерша, не согласна?
Клара возразила в том духе, что лучше прекрасная миллионерша.
Задетый Звягин (теоретически подковавшись до уровня едва не законодателя мод) в ответ перекроил ее спрессованное расписание и загнал строптивицу на курсы кройки и шитья:
- «Вот и шей себе что хочешь».
– Без фирменных тряпок сейчас никуда не денешься, – упорствовала Клара.
– Лучшая одежда для таких, как ты – смирительная рубашка! – негодовал Звягин.
– Нет ничего нелепее самоходной вешалки из ателье мод! Никогда царица Савская не надела бы брюки «диско» или короткую юбку: у нее были кривые ноги – а худо-бедно она слыла красивейшей в мире. Для тебя изобретены свободные сверху брюки, шея длинная – ворот раскрыть, талию перетянуть широким поясом…
– Их никто не носит!
– А ты будешь! Или тебе это все надоело? – зловеще спросил он.
Клара ослепительно улыбнулась и поставила ноги в первую позицию.
– Не надоело, Леонид Борисович, – вкрадчиво прошелестела она.
– Я буду паинькой. Я буду ходить в казацких шароварах и перетягиваться офицерским ремнем. Вы меня не бросите?
– Браво первая валторна! – изумился Звягин.
– Теперь ты понимаешь, что форма определяет содержание?
Она вынула из духовки горячий пирог, принесла специально купленный высокий стакан с ледяным молоком. Выпятила грудь, присела «пистолетиком» на одной ноге; брякнула:
– Хочу сменить работу… Не очень-то приятно, знаете, когда в тебя за спиной тычут пальцем и пристают с расспросами…
– Отрезать прошлое, – согласился Звягин.
– Потерпи до лета. А швейную машинку – в кредит – чтоб купила с получки!
– Денег не хватит…
– Одолжу.


Если надо пройти по канату сто метров, то даже пройденные девяносто девять ничего не значат.
Здесь всё решает последний сантиметр!
 
ВладимирДата: Вторник, 27.09.2016, 21:51 | Сообщение # 15
Шрамы напоминают, что прошлое - реально!
Группа: Администраторы
Сообщений: 6091
Награды: 10
Репутация: 2
Статус: Offline
Весь вечер дома он просидел перед телевизором, мрачен и задумчив.
Жена ни о чем не спрашивала и пропускала ошибки в проверяемых тетрадях.
– Доигрался? – не выдержала она за ужином.
– Заморочил девочке голову?
– Весна, – заступилась дочка.
– Я бы на ее месте тоже в тебя влюбилась, – нахально заявила она.
Звягин хлюпнул молоком, беспечно свистнул и подвел итог:
– Пожалуй, хватит. Собственно, немного и осталось.
Ночью он сидел на кухне и красным фломастером аккуратно зачеркивал пункты своего плана, составленного полгода назад.
Оставалось немного.
– Нормально, – сказал тренер.
– Совсем иное дело, – сказала балерина.
– Хорошо, пусть осенью приходит, – сказал начальник отдела кадров радиозавода.
– Готовить умеет? – спросил археолог.
– А лопатой работать может? Только платим мы в экспедиции немного, учтите. И пусть принесет с работы справку об отпуске.
Первого мая Звягин велел Кларе начать отращивать волосы:
- «Хватит».
А на Черное море она поедет бесплатно – в археологическую экспедицию: вода, солнце, физические нагрузки и общество.
Нет, никаких хлопот – достаточно было зайти в Институт археологии.
Клара посмотрела в сторону и сунула ему в руки сверток.
– Это еще что? – удивился Звягин, разворачивая свитер.
– С праздником, – сказала Клара.
– Зачем?
Она стояла на фоне окна, сияющего майской голубизной, – стройная, мило очкастенькая, печальная.
– Не бойтесь, это недорого, я сама связала… Давайте погуляем… Погода хорошая, праздник… Я вас долго не задержу.
Второго мая, на дежурстве, между вызовами, Звягин играл в шахматы на двух досках – с Гришей и Джахадзе. Гриша продул быстро и пошел на кухню жарить бифштексы и накрывать стол.
– С хорошей девушкой ты вчера гулял по Петроградской, – по-свойски одобрил Джахалзе, зевая белого слона.
– У каждого свое хобби, – улыбнулся Звягин.
– Шах.
– Явился Гриша, делая метрдотельский приглашающий жест, но вместо формулы:
- «Пожалуйте к столу» врубился селектор:
– Десять тридцать два, на выезд. Черная речка, падение с высоты.
– Мат, – объявил Звягин, вставая.
– Если до возвращения кто съест мое мясо, пусть пеняет на себя – растерзаю.
Спустился по лестнице и пошел к машине – прямой, беспечный, легко обогнав Гришу своей внешне медлительной походкой.
…В августе, вернувшись с семьей из отпуска, Звягин достал из почтового ящика два письма от Клары.


Если надо пройти по канату сто метров, то даже пройденные девяносто девять ничего не значат.
Здесь всё решает последний сантиметр!
 
ВладимирДата: Вторник, 27.09.2016, 23:38 | Сообщение # 16
Шрамы напоминают, что прошлое - реально!
Группа: Администраторы
Сообщений: 6091
Награды: 10
Репутация: 2
Статус: Offline
«…Здесь так чудесно, море, солнце, рядом виноградники, ем виноград корзинами и толстею… волосы растут так быстро… народ замечательный, столько интересного… сделала штангу из ручки лопаты и мешков с песком… неужели это все правда…
Помните, вы говорили, что у меня «царапучее имя»?
Ну, так уж если быть другим человеком, пусть я буду не Кларой, а Клавой, – подумаешь, всего одна буква. Приеду обратно – сменю паспорт, и дело с концом.
Это, конечно, смешно, но у меня такое чувство, будто прежнее имя не имеет отношения ко мне нынешней…
И вообще за мной тут один ухаживает, но пока не знаю…»
«…Не бойтесь, я не собираюсь ни о чем таком личном вам писать, но мысленно я часто с вами разговариваю. Я перебираю прошедший год день за днем, вспоминаю вновь и вновь, переживаю, радуюсь и немножко грущу от того, что это все уже позади, навсегда, и никогда больше не повторится. Мне нечем с вами сквитаться, нечем отблагодарить, что я вам?.. Мысленно я говорю вам то, чего никогда не посмею сказать наяву, – и вы отвечаете мне то, чего никогда не ответите… И я спрашиваю вас: «Леонид Борисович, на что я вам сдалась? Почему вы подошли ко мне тогда, зачем возились со мной?»
И вы отвечаете – я знаю, это так:
- «Каждый порой мечтает о том, чтобы кто-то, сильный, умный и добрый, пришел на помощь в тяжелый час. Чтобы он понял твою душу, утешил горести, сказал, что все исправимо, – и исправил. Чтобы он был надежный и всемогущий, и с ним стало исполнимо и просто все, о чем мечтаешь. Чтобы он заряжал безграничной энергией, неколебимой верой, которых так не хватает человеку в борьбе с судьбой. Потому что все в жизни возможно, просто не хватает сил, или храбрости, или денег, или знания, или желания, или здоровья, и самому иногда не справиться.
Каждый мечтает порой о таком чуде. О везении. О помощи. О понимании. О всесильном и любящем друге-покровителе, который рассеет беду, отведет несчастье, с легкостью совершит невозможное. Выручит, спасет, не даст пропасть: улыбнется, ободрит, объяснит, и все сделает. И все будет хорошо… Это нужно человеку. Поэтому я здесь.»
Скажете, что я глупая девчонка, романтичные бредни, да?..»
Звягин встал с дивана, растворил окно, засвистел было «Турецкий марш» и улыбнулся.
Вечерние тени закрыли набережную.
Оглашая Фонтанку музыкой, прошел плоский прогулочный теплоход.
Темная вода пахла осенью, моросью, дымом: отпуск кончился.
За спиной Звягина дочка прочитала лежавшие на столе письма, подошла и потерлась носом об его плечо.
– Просто я работаю волшебником, – полушепотом пропела она.
– Папка, сделай меня кинозвездой, раз ты все можешь, а?
– Долго вас ждать с ужином? – закричала жена из кухни.
Моя в ванной руки, Звягин иронизировал:
– Что за наказание! Невозможно делать то, что тебе интересно: мигом объявят благодетелем и начнут благодарить. За что?.. Если мне просто нравятся красивые женщины и не нравятся некрасивые. Нечего превращать меня в сказочную фею! А то начитаются сказок, идеалисты, и не видят нормальной жизни вокруг.


Если надо пройти по канату сто метров, то даже пройденные девяносто девять ничего не значат.
Здесь всё решает последний сантиметр!
 
Форум » РАЗГОВОРЫ НА ЛЮБЫЕ ТЕМЫ » За пределами татами » Некрасивая
Страница 2 из 2«12
Поиск: